Все это слушаешь не без невольной улыбки, пока не узнаешь такую, например, историю. Одна из участниц диссидентского движения жила без мужа, с двумя детьми, и отличалась поразительной аккуратностью. И вот пока никого не было дома, сотрудники «Штази» проникали к ней в квартиру, ничего не делали, только меняли местами полотенца в ванной: вместо зеленого красное, не детское, а взрослое, не справа, а слева. И так каждый день.
Дама заметила, занервничала, обвинила детей, те обиделись, обстановка накалилась до предела… Тут ей в голову закралось смутное сомнение: а не провокация ли это со стороны органов? Поделилась своими подозрениями с соратниками, те только покрутили пальцем у виска: делать сексотам больше нечего, как менять тебе полотенца?
Итог — ссора с детьми, уход из диссидентского движения, депрессия, сопровождаемая паранойей, и в качестве заключительного акта драмы — самоубийство.
Только когда архивы «Штази» были открыты, дети несчастной узнали об успешно проведенной операции по «разложению» их матери.
Дама заметила, занервничала, обвинила детей, те обиделись, обстановка накалилась до предела… Тут ей в голову закралось смутное сомнение: а не провокация ли это со стороны органов? Поделилась своими подозрениями с соратниками, те только покрутили пальцем у виска: делать сексотам больше нечего, как менять тебе полотенца?
Итог — ссора с детьми, уход из диссидентского движения, депрессия, сопровождаемая паранойей, и в качестве заключительного акта драмы — самоубийство.
Только когда архивы «Штази» были открыты, дети несчастной узнали об успешно проведенной операции по «разложению» их матери.